ТАЛАНТ
ДОСЬЕ
Жамиля Серкебаева
МЕСТО РОЖДЕНИЯ
Алма-Ата
ОБРАЗОВАНИЕ
Республиканский колледж им. К. Байсеитовой, Алма-Атинская государственная консерватория им. Курмангазы
ДОСТИЖЕНИЯ
Заслуженный деятель Казахстана, лауреат 28-го Международного фестиваля музыкантов-исполнителей в Монте-Карло, обладатель приза «Первая скрипка Монте-Карло» (2004), член Нью-Йоркской джазовой ассоциации. В настоящее время — солистка концертного оркестра акима г. Алматы и Jazz Band Министерства обороны РК
ВСЕ КРАСКИ МУЗЫКИ
Жамиля Серкебаева — выдающаяся личность, которая не нуждается в долгом представлении. Известная не только в Казахстане, но и по всему миру скрипачка рассказала о других направлениях своего творчества и о том, почему считает казахскую национальную музыку особенной.
Текст: Анна Фрайбергер
— Вы из музыкальной династии, скрипка — инструмент, с которого начинали все члены вашей семьи. Как у вас состоялось знакомство с ним, зарождалось взаимопонимание и как складываются отношения сегодня?
— Я выросла в музыкальной семье, поэтому с пеленок развивалась в творческой атмосфере. Дома всегда проигрывались музыкальные композиции разных жанров… У нас часто бывали гости, лучшие представители творческой интеллигенции — Тургут Османов, Бибигуль Тулегенова, Асанали Ашимов, братья Абдуллины и другие. Когда гости собирались за столом, дядя, к примеру, мог запросто представить новую песню. Мое музыкальное будущее было предопределено. Папа отвел меня за руку в музыкальную школу им.К. Байсеитовой. Поначалу освоение инструмента давалось нелегко, заниматься не хотелось, поэтому временами меня даже заставляли. Однажды какой-то ключик во мне повернулся и открыл другой взгляд. С тех пор у нас с музыкой взаимная любовь — и другого пути я не вижу. Ты можешь предать музыку, но музыка тебя не предаст никогда.
— У вас очень обширный музыкальный репертуар с равным количес-твом традиционных классических и современных произведений. Когда и как пришло понимание, что можно и нужно исполнять на скрипке «другую» музыку — рок, джаз, техно?..
— Время не стоит на месте. Мы должны идти с ним в ногу, двигаться, меняться, пробовать разные стили, сотрудничать с другими музыкантами и музыкальными коллективами, совмещать разные жанры и виды искусства.
— Наверняка так же появились новые «стихии» — вокальное исполнение и танцы?
— Вокал — это еще одна «краска», которой я хочу и могу «рисовать». Даже жалею, что не начала петь раньше, лет 10–12 назад. Быть может, у меня нет особенного вокального таланта, но есть другое — любовь, эмоции, чувства, которые я хочу выражать от всего сердца, от всей души. Кстати, у многих известных исполнителей нет особого голоса, но есть манера, которой они привлекают слушателя. К примеру, Фрэнк Синатра или Патрисия Каас. Кроме того, у меня есть полное право петь. Меня обучали потрясающие педагоги в лучшей музыкальной школе. Я не только знаю теорию, но и посещаю уроки вокала. Наконец, я все делаю профессионально и посмотрю сто раз со стороны, прежде чем представить произведение широкой публике. Выдать непрофессиональный материал мне не позволит музыкальная совесть. Ко всему прочему многие люди сочетают две-три профессии. Так и я сочетаю вокальное и инструментальное исполнение, теперь к этому добавились танцы — еще одна область, в которой я могу выразить себя и свои чувства.
— Кажется, вы умеете играть все… Есть ли любимые произведения — для души или с которых вы начинаете репетицию?
— Всегда начинаю со стандартного набора — отработки гамм, упражнений на технику. А дальше все зависит от того, что мне предстоит исполнить на выступлении. Для души играю классику. Нравится де Бюсси, безумно романтичный Чайковский… И всегда — казахская народная музыка, которая отличается своей распевностью, гармоничностью, безмерностью, отсутствием примитивизма, но в ней очень много умеренности и логичности. Акын не знал профессиональных канонов, но чувствовал музыку...
— Как вы думаете, что отличает вас от других музыкантов?
— В детстве педагоги отмечали во мне не столько технику исполнения, сколько особую музыкальность, эмоциональность, чувственность, страстность. Во мне сохранилось это до сих пор. И, безусловно, моя особенность — присутствие современных композиций на основе казахской фольклорной музыки. Регулярные гастроли и выступления говорят о том, что слушатели прекрасно воспринимают такую подачу.
— Что нужно, чтобы инструментальное произведение стало хитом в общепринятом смысле?
— В нашем обществе существует некая иллюзия того, что «попасть в телевизор» очень просто. На самом деле мы, музыканты-инструменталисты, не ощущаем поддержки со стороны радио и телевидения. Очень сложно пробивать дорогу композициям, существуют подводные течения, которые мешают донести свое творчество до слушателя. Я не жалуюсь — даже несмотря на отсутствие диалога, все равно работаю, создаю композиции сама, заказываю их у авторов, регулярно провожу запись в звукозаписывающей студии.
— Ваши планы на будущее?
— Участие в проекте «Танцы со звездами». В следующем году весной планирую сольный концерт. Сейчас почти готов мой вокальный альбом. Это альбом-эксперимент, в котором есть как танцевальные композиции, так и лирический блок, авторские песни и уже известные. Например, я перепела две песни Анны Герман — «Эхо любви» и «Нежность», но сделала это в непростой аранжировке и манере исполнения. Если перепеваешь, нужно делать другое. Лучше Анны Герман эти песни спеть не может никто, но и спеть хуже не имеешь права. Поэтому должна быть своя версия — это, с одной стороны, правильно, с другой — опасно. Анна Герман выражала свои чувства очень трогательно, но у меня они другие. Коллеги, прослушав мое исполнение, были немного шокированы. Я делаю это агрессивно, но открыто, чувственно, искренне, вкладываю в исполнение душу и сердце. Есть эмоции и чувства, которые я хочу выражать именно так.
